![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
posadnikТеперь для разнообразия я решил не трогать интеллигенцию и студентов, а вспомнить про сами песни. Что такое, такскыть, хорошо - и что такое плохо. То бишь, о связи этики с АП.
Исходным пунктом моих размышлений стал очередной виток холивара вокруг «летчицы» и вообще «всех этих неправильных современных авторов».
Итак, очередное откровение моего спинного мозга. Не очень хочется разворачивать сразу все аргументы, а то потеряю мысль – но в диалоге, если что, развернется все непонятное.
1) согласно любимой цитате Костромина, «синкретическому искусству [к коему относится фольклор всех народов] свойственно неразрывно выражать идеи красоты, мудрости и справедливости» – то бишь эстетики, (ээээ…. Интеллекта???) и этики.
Согласно другой растасканной цитате, «в песне сумма текста, музыки и подачи стремится с константе».
А что если это одна и та же максима?
В этом случае, становится понятно интуитивное «жанровое деление» песен на рок, АП, блатной романс, ресторанный шансон, современную эстрадную песню с подтанцовкой, и так далее. Мы не подбрасываем монетку – мы внутренним своим взором привязываемся к реперным точкам, и они дают ответ, «куда это сунуть».
И куда нам сунуть эту самую аффффтырскую песню?
2)Рискну, в традиции изобретателей флогистона и мирового эфира, выдвинуть предположение, дальше будет понятно почему оно не рушится сразу же, при всей своей странности.
Самодеятельная/авторская/бардовская/…. песня – песня, хромающая на ЭТИЧЕСКУЮ ногу.
Смотрите сами. Песня на уровне примитивном, «отраслевом» - фактически, привязывает слушателя трансляцией «что такое хорошо и что такое плохо в нашей отрасли». Уж если песня антисоветской интеллигенции – то про то как плохо, у нее не заржавеет. Если песня туристская – то от трансляции ценностей советского коллективного туризма не продохнуть. Если солдатская – то там еще более все ясно.
А что делать с песней, которая чуть более сложная, чем отраслевая, вроде той «Бригантины» и «Баксанской» с «Глобусом»?
Смотреть вокруг нее.
3) СССР отличался от других стран в первую очередь тем, что среднего гражданина со всех сторон окружала реклама этических ценностей. При этом не было водораздела между этикой отношения к людям и этикой отношения к государству. Это было, пожалуй, не менее идеократическое государство, чем средневековая Аркона с 200 бойцами храмовой дружины, или государство иезуитов в Парагвае. Ближайшей аналогичной структурой был не столько гитлеровский Рейх (там сама по себе стержневая идея была слишком прагматична, чтобы стать основной трансформации мировоззрения), сколько протестантская кромвелевская Англия – чьи вожди сочиняли псалмы и поэмы о граде Божьем - и устраивали погромы католиков. Как следствие, советская intelligentsia в принципе оказалась склонна к долгим спорам на отвлеченные темы – меня в детстве долго занимало выражение у Дюма «неистовые спорщики монахи», я чувствовал что я, не видя монахов живьем, тем не менее могу представить КАК они спорят – потому что киношные и живые молодые интеллигенты делали именно это – НЕИСТОВО спорили на темы, мало отличающиеся от предмета богословских дискуссий. Кстати, эта особенность советских интеллигентов была подмечена и со стороны.
4) Господство этически настроенной рекламы привело к тому, что, когда люди стали писать песни, они эту этическую озабоченность либо выражали, либо подразумевали. И – получался «Трубач» Никитина-Крылова, или военные песни шестидесятников. Во втором случае, однако, все было не столь просто, и песни, по мере усложнения, начинали подразумевать и намекать на то, что каждый гражданин СССР видел вокруг себя, чтобы не «импортировать в Тулу новые творческие самовары». Самое смешное, что даже оголтелые критики коммунизма и СССР критиковали его именно с усвоенных с детства этических позиций – будь то Ким, Галич или молодые диссиденты, что называется, в прозе.
Причем, если присмотреться, к середине 70-х произошло еще одно интересное явление. Интеллигенты окончательно порвали с этой этической рекламой – в лучшем стиле Hey, teachers, leave your kids alone.
И вот тут у нас и происходит интересное такое дело – взбунтовавшись против госэтики, барды (если так называть и авторов, и среду) не нашли ничего другого. Своей этики они не придумали – и их тут же шатнуло в сторону эстетики и интеллекта, изменив соотношение «этика-эстетика-интеллект» с «отраслевых песен хороших людей в этически озабоченном мире» к практически актерскому мироощущению. Это снова к вопросу о невоспроизводимых у костра длиннющих композициях Мирзаяна, Лореса и т.п. Это и к возвышению в это время идеи «менестрели – соль земли», снова реверанс в сторону песен про бардов и менестрелей на рубеже 70-х и 80-х – «Доставай гитары, барды…», когановский «Менестрель», и вообще вал песен о процессе написания песен.
Но – пропаганда «быть хорошим – хорошо» продолжалась, и докладывала этики в песни, которые, отвергая этику госпропаганды, все равно отталкивались от ее наличия.
5) причем, если посмотреть, мнэ, на конкурентов, то действовавший в СССР фактор действовал и на них – классический рок, пока музыканты не вырастали до довольно старого возраста, сводился к sex, drugs&violence, при некоторых исключениях которые не отменяли правила. А «русский рок» потому и отличался от того, что тщился имитировать – что вырос в этически озабоченном государстве, и транслировал ту же этику во вполне интернациональных гармониях. Вы умеете транслировать этику без слов? Я нет. Они тоже. И – общее место, что «русский рок – это те же барды, только в профиль, думают, козлы, только о тексте». Неудивительно, что когда выросло и окрепло поколение, формировавшееся в эпоху рекламы пепси – вместо «русский рок» все чаще стал поминаться термин «говнорок», обозначающий ровно то же самое. А когда поколение, формировавшееся под пепси, начинало искать ответы на этические вопросы, оно снова и снова изобретало самодеятельную песню. Этически озабоченную. Поищите в интернете песню Ивакина «Меня нашли в воронке». И – одноименную повесть, чтобы было понятно, откуда ноги растут. От «авторской песни», насколько можно понять, автор мягко говоря не фанатеет, хотя Сергеева может и подпеть. Можно вспомнить и двух-, что ли, летней давности клип алма-атинской группы про войну.
(Отсюда, кстати, и (лично для меня) некоторый дисбаланс в сторону "личностной песни" - ей многое прощается "потому что своя". А почему своя? Да как раз свою личность транслируя, крайне сложно не начать транслировать ровно те же вопросы - что такое хорошо и что такое плохо. То есть этическая озабоченность "личностной песни" ка кправило чуть выше, чем у других потоков, понятно почему.)
(отошел, вернулся, прочитал написанное)
Итак, что мы видим? Во времена СССР, когда плотность трансляции этических ценностей была сравнима с таковой в среднем монастыре или теократическом государстве, песня интеллигенции могла поддерживать эти ценности, а могла и не заморачиваться, и петь о том, что ей хотелось, ПОДРАЗУМЕВАЯ наличие этих самых ценностей, транслируемых извне по десяткам каналов. После падения СССР, а точнее раньше – когда интеллигенция устроила «праздник непослушания» этике Большого Брата, что и свалило Советский Союз – это давление снаружи исчезло. И – появился вакуум. Песни перестали быть единым целым – собственно, начался кризис АП, обусловленный ОТКАЗОМ ОТ ОБЩЕЙ ЭТИКИ в масштабе всего государства.
6)Одним из проявлений этого кризиса стала грызня «что считать АП». «АП ли «Последний шанс»», «АП ли Иваси». «АП ли Медведев» - явления одного порядка. В рок-тусовке точно так же бушуют страсти «Шевчук – это рок, или говнорок, имитация бардов».
А теперь подставьте в уравнение описанный в этой статье параметр и сами посмотрите – является ли АП Макаревич. Например, «Здорово, Мишка – как дела, чувак…» с акустического альбома. И – попробуйте ровно с этих позиций объяснить, почему у костров под гитару все равно время от времени будет слышаться Цой, а то и «Плот» Лозы. Да, да – теперь мы не можем говорить «АП ли данный АВТОР». Только «относится ли к АП данная песня», потому что соотношение этики и эстетики будет меняться с каждой песней. Поэтому, например, для меня отчетливый out Данской с «Комсомольским проспектом», но такой же отчетливый in – «Есть только миг…», а из сравнительно недавнего – да хотя бы откровенно фолк-роковая «Мы покинем эту страну», которую до сих пор громко и с пафосом поет «Башня ROWAN» - но ролевики под гитару ее начали петь раньше. А вот «этика» «Изгиба гитары желтой» привлекает только тех, кто не успел еще глотнуть воздуха лесных фестивалей («АП – разговорный жанр! Не зря рокеры, едва сойдясь, музицируют, а барды, сойдясь – треплются!»(с)), и искренне считает, что в «хорошо и плохо» КСПшного кодекса входит и борьба с грустью.
И – да, вопрос не столь однопланов, например когда на подтекстах одна и та же песня переаранжируется на рок – мы уже не слышим этой этичности – потому что слывшим стилистику рока, и мысленно передвигаем полозок восприятия этики в с интеллигентского уровня на роковый. Ближайший пример – переаранжировка песен Медведева под одну гитару – и в «Кайнозое». Или уже привычные изнасилования Высоцкого в «Своей колее», и новый спорт – пляски на костях Визбора. Но суть остается та же. Нас ведет этика – или эстетика (например, явно транслируемая эстетика рока/джаза), исходя из этого наше внутреннее ухо слышит либо потрескивание костра – либо шелест косухи/звяканье вилок и фужеров. И вовсе не в «наличии в песне мыслей – или только трансляции эмоций» тут дело.
И – отодвигая этику в сторону, жонглируя только вопросами эстетики («профессиональное занятие авторской песней», «обучение авторской песне в гитарных школах», глубокомысленные разговоры о победе/поражении в конкурсе АП, «победит сильнйший» и т.п.) – мы хороним эту самую бардятину, вылепливая вместо нее на коленке самодеятельную эстраду разной степени заумности. Которая, едва выйдя под софиты, обнаружит, что утратила то конкурентное преимущество, что четко было видно, пока мы не путали этику с эстетикой.
Такие вот неуловимые эманации и тонкие материи, дорогие мои.
…Кстати, это еще один ответ, почему АП не музыкальный жанр. Музыка этику не транслирует.
Исходным пунктом моих размышлений стал очередной виток холивара вокруг «летчицы» и вообще «всех этих неправильных современных авторов».
Итак, очередное откровение моего спинного мозга. Не очень хочется разворачивать сразу все аргументы, а то потеряю мысль – но в диалоге, если что, развернется все непонятное.
1) согласно любимой цитате Костромина, «синкретическому искусству [к коему относится фольклор всех народов] свойственно неразрывно выражать идеи красоты, мудрости и справедливости» – то бишь эстетики, (ээээ…. Интеллекта???) и этики.
Согласно другой растасканной цитате, «в песне сумма текста, музыки и подачи стремится с константе».
А что если это одна и та же максима?
В этом случае, становится понятно интуитивное «жанровое деление» песен на рок, АП, блатной романс, ресторанный шансон, современную эстрадную песню с подтанцовкой, и так далее. Мы не подбрасываем монетку – мы внутренним своим взором привязываемся к реперным точкам, и они дают ответ, «куда это сунуть».
И куда нам сунуть эту самую аффффтырскую песню?
2)Рискну, в традиции изобретателей флогистона и мирового эфира, выдвинуть предположение, дальше будет понятно почему оно не рушится сразу же, при всей своей странности.
Самодеятельная/авторская/бардовская/…. песня – песня, хромающая на ЭТИЧЕСКУЮ ногу.
Смотрите сами. Песня на уровне примитивном, «отраслевом» - фактически, привязывает слушателя трансляцией «что такое хорошо и что такое плохо в нашей отрасли». Уж если песня антисоветской интеллигенции – то про то как плохо, у нее не заржавеет. Если песня туристская – то от трансляции ценностей советского коллективного туризма не продохнуть. Если солдатская – то там еще более все ясно.
А что делать с песней, которая чуть более сложная, чем отраслевая, вроде той «Бригантины» и «Баксанской» с «Глобусом»?
Смотреть вокруг нее.
3) СССР отличался от других стран в первую очередь тем, что среднего гражданина со всех сторон окружала реклама этических ценностей. При этом не было водораздела между этикой отношения к людям и этикой отношения к государству. Это было, пожалуй, не менее идеократическое государство, чем средневековая Аркона с 200 бойцами храмовой дружины, или государство иезуитов в Парагвае. Ближайшей аналогичной структурой был не столько гитлеровский Рейх (там сама по себе стержневая идея была слишком прагматична, чтобы стать основной трансформации мировоззрения), сколько протестантская кромвелевская Англия – чьи вожди сочиняли псалмы и поэмы о граде Божьем - и устраивали погромы католиков. Как следствие, советская intelligentsia в принципе оказалась склонна к долгим спорам на отвлеченные темы – меня в детстве долго занимало выражение у Дюма «неистовые спорщики монахи», я чувствовал что я, не видя монахов живьем, тем не менее могу представить КАК они спорят – потому что киношные и живые молодые интеллигенты делали именно это – НЕИСТОВО спорили на темы, мало отличающиеся от предмета богословских дискуссий. Кстати, эта особенность советских интеллигентов была подмечена и со стороны.
4) Господство этически настроенной рекламы привело к тому, что, когда люди стали писать песни, они эту этическую озабоченность либо выражали, либо подразумевали. И – получался «Трубач» Никитина-Крылова, или военные песни шестидесятников. Во втором случае, однако, все было не столь просто, и песни, по мере усложнения, начинали подразумевать и намекать на то, что каждый гражданин СССР видел вокруг себя, чтобы не «импортировать в Тулу новые творческие самовары». Самое смешное, что даже оголтелые критики коммунизма и СССР критиковали его именно с усвоенных с детства этических позиций – будь то Ким, Галич или молодые диссиденты, что называется, в прозе.
Причем, если присмотреться, к середине 70-х произошло еще одно интересное явление. Интеллигенты окончательно порвали с этой этической рекламой – в лучшем стиле Hey, teachers, leave your kids alone.
И вот тут у нас и происходит интересное такое дело – взбунтовавшись против госэтики, барды (если так называть и авторов, и среду) не нашли ничего другого. Своей этики они не придумали – и их тут же шатнуло в сторону эстетики и интеллекта, изменив соотношение «этика-эстетика-интеллект» с «отраслевых песен хороших людей в этически озабоченном мире» к практически актерскому мироощущению. Это снова к вопросу о невоспроизводимых у костра длиннющих композициях Мирзаяна, Лореса и т.п. Это и к возвышению в это время идеи «менестрели – соль земли», снова реверанс в сторону песен про бардов и менестрелей на рубеже 70-х и 80-х – «Доставай гитары, барды…», когановский «Менестрель», и вообще вал песен о процессе написания песен.
Но – пропаганда «быть хорошим – хорошо» продолжалась, и докладывала этики в песни, которые, отвергая этику госпропаганды, все равно отталкивались от ее наличия.
5) причем, если посмотреть, мнэ, на конкурентов, то действовавший в СССР фактор действовал и на них – классический рок, пока музыканты не вырастали до довольно старого возраста, сводился к sex, drugs&violence, при некоторых исключениях которые не отменяли правила. А «русский рок» потому и отличался от того, что тщился имитировать – что вырос в этически озабоченном государстве, и транслировал ту же этику во вполне интернациональных гармониях. Вы умеете транслировать этику без слов? Я нет. Они тоже. И – общее место, что «русский рок – это те же барды, только в профиль, думают, козлы, только о тексте». Неудивительно, что когда выросло и окрепло поколение, формировавшееся в эпоху рекламы пепси – вместо «русский рок» все чаще стал поминаться термин «говнорок», обозначающий ровно то же самое. А когда поколение, формировавшееся под пепси, начинало искать ответы на этические вопросы, оно снова и снова изобретало самодеятельную песню. Этически озабоченную. Поищите в интернете песню Ивакина «Меня нашли в воронке». И – одноименную повесть, чтобы было понятно, откуда ноги растут. От «авторской песни», насколько можно понять, автор мягко говоря не фанатеет, хотя Сергеева может и подпеть. Можно вспомнить и двух-, что ли, летней давности клип алма-атинской группы про войну.
(Отсюда, кстати, и (лично для меня) некоторый дисбаланс в сторону "личностной песни" - ей многое прощается "потому что своя". А почему своя? Да как раз свою личность транслируя, крайне сложно не начать транслировать ровно те же вопросы - что такое хорошо и что такое плохо. То есть этическая озабоченность "личностной песни" ка кправило чуть выше, чем у других потоков, понятно почему.)
(отошел, вернулся, прочитал написанное)
Итак, что мы видим? Во времена СССР, когда плотность трансляции этических ценностей была сравнима с таковой в среднем монастыре или теократическом государстве, песня интеллигенции могла поддерживать эти ценности, а могла и не заморачиваться, и петь о том, что ей хотелось, ПОДРАЗУМЕВАЯ наличие этих самых ценностей, транслируемых извне по десяткам каналов. После падения СССР, а точнее раньше – когда интеллигенция устроила «праздник непослушания» этике Большого Брата, что и свалило Советский Союз – это давление снаружи исчезло. И – появился вакуум. Песни перестали быть единым целым – собственно, начался кризис АП, обусловленный ОТКАЗОМ ОТ ОБЩЕЙ ЭТИКИ в масштабе всего государства.
6)Одним из проявлений этого кризиса стала грызня «что считать АП». «АП ли «Последний шанс»», «АП ли Иваси». «АП ли Медведев» - явления одного порядка. В рок-тусовке точно так же бушуют страсти «Шевчук – это рок, или говнорок, имитация бардов».
А теперь подставьте в уравнение описанный в этой статье параметр и сами посмотрите – является ли АП Макаревич. Например, «Здорово, Мишка – как дела, чувак…» с акустического альбома. И – попробуйте ровно с этих позиций объяснить, почему у костров под гитару все равно время от времени будет слышаться Цой, а то и «Плот» Лозы. Да, да – теперь мы не можем говорить «АП ли данный АВТОР». Только «относится ли к АП данная песня», потому что соотношение этики и эстетики будет меняться с каждой песней. Поэтому, например, для меня отчетливый out Данской с «Комсомольским проспектом», но такой же отчетливый in – «Есть только миг…», а из сравнительно недавнего – да хотя бы откровенно фолк-роковая «Мы покинем эту страну», которую до сих пор громко и с пафосом поет «Башня ROWAN» - но ролевики под гитару ее начали петь раньше. А вот «этика» «Изгиба гитары желтой» привлекает только тех, кто не успел еще глотнуть воздуха лесных фестивалей («АП – разговорный жанр! Не зря рокеры, едва сойдясь, музицируют, а барды, сойдясь – треплются!»(с)), и искренне считает, что в «хорошо и плохо» КСПшного кодекса входит и борьба с грустью.
И – да, вопрос не столь однопланов, например когда на подтекстах одна и та же песня переаранжируется на рок – мы уже не слышим этой этичности – потому что слывшим стилистику рока, и мысленно передвигаем полозок восприятия этики в с интеллигентского уровня на роковый. Ближайший пример – переаранжировка песен Медведева под одну гитару – и в «Кайнозое». Или уже привычные изнасилования Высоцкого в «Своей колее», и новый спорт – пляски на костях Визбора. Но суть остается та же. Нас ведет этика – или эстетика (например, явно транслируемая эстетика рока/джаза), исходя из этого наше внутреннее ухо слышит либо потрескивание костра – либо шелест косухи/звяканье вилок и фужеров. И вовсе не в «наличии в песне мыслей – или только трансляции эмоций» тут дело.
И – отодвигая этику в сторону, жонглируя только вопросами эстетики («профессиональное занятие авторской песней», «обучение авторской песне в гитарных школах», глубокомысленные разговоры о победе/поражении в конкурсе АП, «победит сильнйший» и т.п.) – мы хороним эту самую бардятину, вылепливая вместо нее на коленке самодеятельную эстраду разной степени заумности. Которая, едва выйдя под софиты, обнаружит, что утратила то конкурентное преимущество, что четко было видно, пока мы не путали этику с эстетикой.
Такие вот неуловимые эманации и тонкие материи, дорогие мои.
…Кстати, это еще один ответ, почему АП не музыкальный жанр. Музыка этику не транслирует.
