и снова про гордыню и авторскую песню...
Dec. 10th, 2007 05:36 pm![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
posadnikВы можете считать, что я зря мучу воду.
Тем не менее.
Не было резкого рождения авторской песни с нуля в «оттепель» - «освобождение от оков тоталитаризма, вызвавшее к жизни интерес к гуманитарным вопросам» и т.п.. Была новая ступень лесенки, которая выстроилась еще при Сталине. Песни свежеоснованной прослойки "советское студенчество и интеллигенция" ТРИДЦАТЫХ ГОДОВ. В общем, задающие ровно те же вопросы, что и авторская песня 50-х.
Если заняться анализом традиционных раскладов истории АП - то получается забавная штука. Да, пять авторов-основателей. Да, "Государственный поющий институт" и так далее. Но – помимо «первой пятерки» было еще и поэты, которых запели в 50- 60-е, и которые участвовали в становлении системы ценностей АП, будучи, мнэ, несколько старше Юрь Иосифыча. Кроме того, историки АП постоянно историки делают реверансы в сторону «нулевого поколения»… Получается, что фактически первое поколение пришло на сцену по половицам, еще не остывшим после поколения нулевого.
Того же ИФЛИ.
При чтении книги «Лубянка в боях за Москву» меня не раз дергали пассажи типа «прошел отряд ИФЛИйцев из ОМСБОН, на ходу запев свою песню на мотив «Бригантины»…». Чуть углубившись в вопрос, я обалдел - в том же ОМСБОН НКВД служили и Семен Гудзенко, и Юрий Левитанский (!). В 60-е запели и другого фронтовика – Слуцкого («Физики запели Слуцкого» - ау, Сухарев…). А писать-то они начали ДО ВОЙНЫ.
«Бригантина» была своеобразным гимном ИФЛИйских кругов. Визбор в 60-е рекламировал среди альпинистов и туристов песню довоенных студентов. В этом смысле предлагавшие называть новую песню 50-х «студенческой песней» были, наверное, ближе всего к истокам.
А почему же о той песне 30-х так мало говорится?
Тому две причины.
1)Как эстетика Кукина и Окуджавы подвергалась сомнению в рок-эстетике авторов АП 70-х (отказ от мелодического примитивизма, отказ от куплетной повторности – четкая калька с эволюции поп-музыки в ранний рок), так и эстетика советской песни 30-х подвергалась сомнению в эстетике послевоенного джаза – не только Утесова, но и Армстронга, и пророков его, Якушевой, Визбора и отчасти Анчарова. Это были уже совсем другие песни. Не зря один мой знакомый,- когда я при нем вспомнил, как на одном из последних московских горслетов КСПшники с удивлением обнаружили, что Лепский после написания «Бригантины» написал еще массу песен, и писал их практически до самого своего появления на слетовской сцене в середине 80-х – сказал, что это все ничего не стоило, ибо написано было в эстетике архаичнейшего романса (заметим: и танго «Пусть дни проходят», мелодическая основа «Баксанской» - тоже романс. Но ведь поют же…). Эстетику романса можно терпеть в «Баксанской» и почти забытом «Барбарисовом кусте». Можно пытаться на КСПшных посиделках петь «Кирпичики» или перетекстовку «С одесского кичмана» - но песенная эстетика уже другая, «новое время – новые песни», и романсовую основу сменила основа джазовая, а затем и роковая, добавляя что-то свое. Поэтому, фактически, кроме «Баксанской», «Барбарисового куста» и «Бригантины» вряд ли можно говорить о том, что песни 30-х продолжают обращаться в поющих кругах.
2) а поубивали их всех. Легло на войне поколение высокомотивированных советских студентов. Хорошо еще, уцелевшие ИФЛИйцы донесли «Бригантину» до времен «оттепели», когда пару раз издали тексты Когана. Так что первые песни были делом не послевоенного студенчества, выросшего среди послевоенных новостроек, (как поколение рок-н-ролла выросло не зная голода Великой депрессии) – а студенчества довоенного, выросшего на подъеме после ПРЕДЫДУЩЕЙ послевоенной разрухи, в городах где необозримые кварталы одноэтажных халуп постепенно застраивались многоэтажными корпусами сталинской застройки, эта молодежь "цвела на растоптанных площадях" где появлялись - впервые в этой стране - массовые стадионы, библиотеки, школы… Это было истинным чудом, если посмотреть как жили отцы и деды этих ИФЛИйцев. И они это чудо, этот первый натиск анчаровского Возрождения, наверное, и попытались отразить в своих песнях… Которых мы не знаем, потому что носители вырублены почти все до одного. Давление в системе упало, и новый подъем начался уже у их детей – оттепельной молодежи 50-х, которые почему-то постоянно путают с 60-ми, хотя трудно спутать молодого Визбора с героями «Заставы Ильича».
Такой вот провокационный наброс.
Источники:
Воспоминания Слуцкого
"Лубянка в боях за Москву"
публикации разных лет об истории АП
Тем не менее.
Не было резкого рождения авторской песни с нуля в «оттепель» - «освобождение от оков тоталитаризма, вызвавшее к жизни интерес к гуманитарным вопросам» и т.п.. Была новая ступень лесенки, которая выстроилась еще при Сталине. Песни свежеоснованной прослойки "советское студенчество и интеллигенция" ТРИДЦАТЫХ ГОДОВ. В общем, задающие ровно те же вопросы, что и авторская песня 50-х.
Если заняться анализом традиционных раскладов истории АП - то получается забавная штука. Да, пять авторов-основателей. Да, "Государственный поющий институт" и так далее. Но – помимо «первой пятерки» было еще и поэты, которых запели в 50- 60-е, и которые участвовали в становлении системы ценностей АП, будучи, мнэ, несколько старше Юрь Иосифыча. Кроме того, историки АП постоянно историки делают реверансы в сторону «нулевого поколения»… Получается, что фактически первое поколение пришло на сцену по половицам, еще не остывшим после поколения нулевого.
Того же ИФЛИ.
При чтении книги «Лубянка в боях за Москву» меня не раз дергали пассажи типа «прошел отряд ИФЛИйцев из ОМСБОН, на ходу запев свою песню на мотив «Бригантины»…». Чуть углубившись в вопрос, я обалдел - в том же ОМСБОН НКВД служили и Семен Гудзенко, и Юрий Левитанский (!). В 60-е запели и другого фронтовика – Слуцкого («Физики запели Слуцкого» - ау, Сухарев…). А писать-то они начали ДО ВОЙНЫ.
«Бригантина» была своеобразным гимном ИФЛИйских кругов. Визбор в 60-е рекламировал среди альпинистов и туристов песню довоенных студентов. В этом смысле предлагавшие называть новую песню 50-х «студенческой песней» были, наверное, ближе всего к истокам.
А почему же о той песне 30-х так мало говорится?
Тому две причины.
1)Как эстетика Кукина и Окуджавы подвергалась сомнению в рок-эстетике авторов АП 70-х (отказ от мелодического примитивизма, отказ от куплетной повторности – четкая калька с эволюции поп-музыки в ранний рок), так и эстетика советской песни 30-х подвергалась сомнению в эстетике послевоенного джаза – не только Утесова, но и Армстронга, и пророков его, Якушевой, Визбора и отчасти Анчарова. Это были уже совсем другие песни. Не зря один мой знакомый,- когда я при нем вспомнил, как на одном из последних московских горслетов КСПшники с удивлением обнаружили, что Лепский после написания «Бригантины» написал еще массу песен, и писал их практически до самого своего появления на слетовской сцене в середине 80-х – сказал, что это все ничего не стоило, ибо написано было в эстетике архаичнейшего романса (заметим: и танго «Пусть дни проходят», мелодическая основа «Баксанской» - тоже романс. Но ведь поют же…). Эстетику романса можно терпеть в «Баксанской» и почти забытом «Барбарисовом кусте». Можно пытаться на КСПшных посиделках петь «Кирпичики» или перетекстовку «С одесского кичмана» - но песенная эстетика уже другая, «новое время – новые песни», и романсовую основу сменила основа джазовая, а затем и роковая, добавляя что-то свое. Поэтому, фактически, кроме «Баксанской», «Барбарисового куста» и «Бригантины» вряд ли можно говорить о том, что песни 30-х продолжают обращаться в поющих кругах.
2) а поубивали их всех. Легло на войне поколение высокомотивированных советских студентов. Хорошо еще, уцелевшие ИФЛИйцы донесли «Бригантину» до времен «оттепели», когда пару раз издали тексты Когана. Так что первые песни были делом не послевоенного студенчества, выросшего среди послевоенных новостроек, (как поколение рок-н-ролла выросло не зная голода Великой депрессии) – а студенчества довоенного, выросшего на подъеме после ПРЕДЫДУЩЕЙ послевоенной разрухи, в городах где необозримые кварталы одноэтажных халуп постепенно застраивались многоэтажными корпусами сталинской застройки, эта молодежь "цвела на растоптанных площадях" где появлялись - впервые в этой стране - массовые стадионы, библиотеки, школы… Это было истинным чудом, если посмотреть как жили отцы и деды этих ИФЛИйцев. И они это чудо, этот первый натиск анчаровского Возрождения, наверное, и попытались отразить в своих песнях… Которых мы не знаем, потому что носители вырублены почти все до одного. Давление в системе упало, и новый подъем начался уже у их детей – оттепельной молодежи 50-х, которые почему-то постоянно путают с 60-ми, хотя трудно спутать молодого Визбора с героями «Заставы Ильича».
Такой вот провокационный наброс.
Источники:
Воспоминания Слуцкого
"Лубянка в боях за Москву"
публикации разных лет об истории АП
